Александр Звинцов

К исходу десятилетия Воронеж опять оказался своеобразной столицей высоцковедения. В 2007 году там прошла организованная местным педуниверситетом новая научная конференция, материалы которой были изданы в виде сборника два года спустя - к открытию ещё одной конференции - фактически уже четвёртой воронежской
(первые две прошли, напомним, в 1988 и 1990 годах). Отметим несколько программных, на наш взгляд, статей, опубликованных на страницах сборника.

Л. Г. Кихней в работе «Лирический субъект в поэзии
В. Высоцкого» даёт критический обзор исследований по данной проблеме и полемизирует с трактовкой творчества барда как тяготеющего к эпосу или драме. По её мнению, оно имеет лирическую природу, ибо «предмет художественной рефлексии (Высоцкого - А. К.) - не внешний мир, а “внутренний человек”» (с. 23). Исходя из идеи диалогичности (а не монологичности) лирики, автор статьи выделяет у поэта два типа модели отношений лирического Я и мира: «противостояние» миру и «сопричастность» ему, - при этом обнаруживая в каждом из них ещё по несколько подвидов (например, второй тип включает «хоровые» и «карнавальные» трансформации лирического субъекта; последние, в свою очередь, делятся на «сказовые» и «траве- стийные»). Концепция Л. Г. Кихней стройна и логична; разве что хотелось бы видеть в ней побольше аргументов в пользу именно лирического содержания всех выделенных модификаций. Если скажем, исследовательница пишет, что в песне «Диалог у телевизора» «носитель истины - лирическое сознание автора, которое имитирует разыгрывание голосов» (с. 35), то ведь читателя надо в этом убедить, не оставлять эту мысль на уровне декларации. Очевидно, что материал статьи явно перерастает её рамки и «просится», может быть, в небольшую монографию с более развёрнутой аргументацией.

Сборник, изданный в Уфе, по своему уровню, увы, гораздо ниже самарского и воронежского. Тамошний вуз, именуемый Восточным институтом экономики, гуманитарных наук, управления и права, решил отметиться на ниве высоцковедения и выпустил «в соавторстве с Сочи» сборник материалов посвящённой поэту конференции. На его страницах выступают аж полсотни авторов, имена которых до сих пор были совершенно не известны науке о Высоцком. Этому радоваться бы, да только уже сами темы работ настораживают: «Духовнонравственная энергия поэзии и песен Владимира Высоцкого», «Проблема дружбы в творчестве Владимира Высоцкого», «Значение творчества Владимира Высоцкого в формировании гражданских позиций личности в современном обществе» и так далее - в духе «Блокнота
агитатора» советских времён. Но, может быть, названия обманчивы? Открываем сборник и почти на каждой странице читаем что-нибудь отвлечённо-риторическое, но уж точно не научное: «Духовная миссия
В. Высоцкого - напомнить каждому зрителю и слушателю, что необходимо оставаться человеком, несмотря ни на какие жизненные обстоятельства» (с. 11); «Целью своего творчества Высоцкий полагал духовное совершенствование современников» (с. 46); «Высоцкий страстно и преданно любил свою Родину» (с. 59). При этом в сборнике крайне мало ссылок на работы предшественников. Те, что есть, порой выглядят странно. Вот Т. Л. Селитрина в статье с весьма широким двойным заглавием «Драма Шекспира “Гамлет”. Владимир Высоцкий в роли Гамлета» приводит мнение «одного из венгерских исследователей» (почему-то утаив его имя). Будто и нет десятков российских работ о знаменитой таганской постановке и об её роли в творческой судьбе Высоцкого.

Творчество поэта продолжает привлекать внимание исследователей и в свете теории интертекстуальности. Новую попытку такого рода предпринял польский филолог Б. Осевич. Несмотря на насыщенный и полезный вводный теоретический очерк и интересные наблюдения над конкретными текстами, в целом монография вызывает ряд существенных замечаний.

Во-первых, поэтический материал представлен здесь очень уж выборочно (совершенно не затронуто творчество середины и второй половины 70-х годов).

Во-вторых, автор отталкивается чаще не от аспектов интертекстуальности, а от поэтических тем Высоцкого («“Блатные” песни», «Спортивная тема»), и в итоге соскальзывает в русло беглого тематического анализа.

В-третьих, он даже не ссылается на важнейшие исследования по проблематике своей работы - упоминавшуюся нами в первой главе монографию австрийского исследователя Х. Пфандля о межтекстовых связях в поэзии барда, фрагмент которой публиковался в своё время в первом выпуске альманаха «Мир Высоцкого», и тоже нами упоминавшуюся, но уже в этой главе, статью В. П. Скобелева о традиции сказа у Высоцкого (этой традиции посвящены целых два параграфа небольшой книжки Б. Осевича), опубликованную в самарском высоцковедческом сборнике 2001 года (оба издания в библиографии польского автора упомянуты!).

Одно из последних по времени высоцковедческих начинаний - вышедший в Николаеве уже двумя выпусками ежегодный альманах с неудобным названием и не очень понятным подзаголовком131. Тематика и жанровый диапазон издания довольно широки - как и должно быть в альманахе.

Публикации сборника проливают свет на многие эпизоды биографии художника. Это, во-первых, воспоминания о детстве поэта - причём о наименее освещённых в литературе периодах: эвакуация в Оренбургскую область (Т. Пересунько; 70) и жизнь с отцом и мачехой в Германии после войны (В. Мешков; 70); подробный мемуарный очерк о приездах Высоцкого в Новороссийск в 70-х годах написан С. Кочергой (70) - сыном одного из знакомых поэту моряков.

Польская исследовательница М. Зимна, организатор и директор музея Высоцкого в городе Кошалине, публикует обнаруженные и подробно откомментированные ею зарубежные видеоматериалы с участием поэта - в частности, записи, сделанные в 1976 году в Югославии в дни театрального фестиваля БИТЕФ (70, 71) и в 1977-м на французском телевидении (70). Эти публикации сопровождаются насыщенным иллюстративным материалом: так, парижская запись чуть ли не раскадрована, читатель будто видит её всю.

Интересны этюды М. Цыбульского о связях Высоцкого с космонавтикой (в частности, анализ разных версий о встречах поэта с Гагариным; 70), о «полинезийском» следе в его биографии (70; автор побывал на Таити и описал «высоцкие» места этого острова), о несостоявшемся выступлении Высоцкого в Одессе (71). В. Яковлев публикует заметки о совместных выступлениях поэта с актёрами Таганки в Донецкой области (71) и о его северодонецких гастролях (70) - тем более знаменательных, что именно в этом городе поэт «отметил» своё сорокалетие, начав день 25 января 1978 года концертом уже в десять часов утра. Роль библиографа, а заодно и оценщика новой печатной продукции взял на себя В. Дузь-Крятченко, в обоих выпусках на специальной цветной вклейке представляющий книги Высоцкого и о Высоцком последних лет - не только описание их, но и фото обложек и краткие аннотации.

А. и М. Ляховы прослеживают «без претензий» историю переизданий первого сборника поэта «Нерв» (70) и подготовленного
А. Е. Крыловым двухтомника «Сочинений».