Александр Звинцов

Я при жизни был был рослым и стройным,
Побоялся ни слона, ни пули,
И в привычные рамки не лез.
Нос тех нор, как считаюсь покойным,

Охромили меня и согнули,
К пьедесталу прибив «Ахиллес».
Не стряхнуть мне гранитного мяса
И не вытащить из постамента

Ахиллесову эту пяту,
И железные ребра каркаса
Мертво схвачены слоем цемента,
Только судороги по хребту

Я хвалился косою саженью
Пате смерьте! И незнал, что подвергнусь суженыо
После смерти, По в обычные рамки я всажен
На спор вбили, А косую неровную сажень Распрямили.

И с меня, когда взял я да умер, Живо маску посмертную сняли Расторопные члены семьи, и не знаю, кто их надоумил, Толькос гипса вчистую стесали Азиатские скулы мои.
Мне такое не мнилось, не снилось, II считал я, что мне не грозило Оказаться всех мертвых мертвей, - По поверхность на слепке лоснилась, II могильною скукой сквозило Из беззубой улыбки моей.

Я при жизни не клал тем, кто хищный,
15 пасти палец. Подходившие с меркой обычной
Опасались,- Но по снятии маски посмертной
Тут же в ванной Гробовщик подошел ко мне с меркой Деревянной.

А мотом, но прошествии года,
Как венец моего исправленья
Крепко сбитый литой монумент
При огромном скопленье народа
Открывали под бодрое пенье,
Под мое с намагниченных лент.

Тишина надо мной раскололась
из динамиков хлынули звуки.
С крыш ударил направленный свет.
Мой отчаяньем сорванный голос
Современные средства науки
Превратили н приятный фальцет.

Я немел, в покрывало упрятан,
Все там будем!
Я орал в то же время кастратом
В уши людям.
Саван сдернули как я обужен,
Нате смерьте!
Неужели такой я вам нужен После смерти?!

Командора шаги злы и гулки,
Я решил: как но времени оном
Не пройтись ли, по плитам звеня?
И шарахнулись толпы к проулки,
Когда вырвал и ногу со стоном
И осыпались камни с меня.

Накренился я гол, безобразен,
Поп падая вылез из кожи,
Дотянулся железной клюкой,
И, когда уже грохнулся наземь,
Из разодранных рупоров все же
Прохрппел я похоже: «Живой!»

И паденье меня не согнуло,
И сломало, Но торчат мои острые скулы
Из металла! Не сумел я, как было угодно
Шито-крыто,
Я. напротив, ушел всенародно Из гранита.

1973